Обсуждение стероидных курсов (Тема для людей имеющих опыт!) (Страница 688 из 712)

Прощай, масса!

Можно ли сохранить мышечную массу, набранную с помощью стероидов? Если провести пару «курсов», а потом больше не употреблять «химию», останутся ли достигнутые результаты хотя бы частично? Этими вопросами часто терзают свои умы те, кто еще не определился, стоит ли начинать «химичить». А ответы порой весьма противоречивы. Одни говорят, что все набранное на стероидах рано или поздно уйдет, другие уверяют, что смогли сохранить навсегда не менее половины, главное – грамотно выйти с «курса». Кому верить, где правда? Человеческая психология такова, что мы верим больше в то, что сами хотим услышать. Попробуйте ради эксперимента на каком-нибудь качковском форуме поместить статью о вреде стероидов и будьте готовы к тому, что вас закидают тухлыми помидорами и обвинениями в распространении лжи и клеветы, ведь все же прекрасно знают, что кто-то где-то там сказал, что стероиды «при грамотном применении» даже полезны, а их вред не доказан. Истина, как это обычно бывает, лежит посередине. Потому давайте объективно разберемся, возможно ли остаться большим и сильным, прекратив навсегда прием андрогенных гормонов.

Тренировки + питание = масса
Взгляните на окружающих вас людей, не посещающих тренажерный зал. Много ли на их скелетах мышечной массы? Мускулистых гигантов особо не видно, да и просто мускулистых встретишь крайне редко. Согласно курсу анатомии, мышечная масса мужчины составляет 42–47% от общей массы тела. Это соотношение заложено нашими генами в процессе эволюции человека, как биологического вида. Интенсивность синтеза белка в мышцах равна интенсивности его распада. Большие мышцы не даны нам от природы, поскольку в них никогда не было необходимости, и для того чтобы выживать и размножаться, достаточно этих самых 42–47%. Более того, для нашего организма они являются обузой, которую надо обеспечивать большим количеством энергии, да и сам рост мышечных клеток весьма энергоемок. Потому процессы синтеза белка вялотекущие, и за то время, пока прирастет 100 грамм мышц, столько же и распадется. Не только мышечные, но вообще все остальные клетки в организме самообновляются, старые клетки отмирают, а на их место тут же приходят новые (равновесие начинает нарушаться лишь в старости). Вот почему на протяжении всей жизни мы имеем более-менее стабильный уровень мышечной массы, который у нас в буквальном смысле слова запрограммирован. Однако опытным путем люди обнаружили, что физические нагрузки в совокупности с обильным питанием позволяют изменить это пресловутое соотношение 42–47% в большую сторону. Энтузиасты, желающие обрасти мускулами, тут же взяли это открытие на вооружение, постепенно сформировав целую систему упражнений и правильного питания для целей телостроительства. Система эта гарантировала положительный результат каждому, но его величина часто не удовлетворяла амбиции телостроителей. Кроме того, также опытным путем было установлено, что набранная мышечная масса начинает уходить, как только человек перестает регулярно тренироваться и правильно питаться, и в конечном итоге она возвращается к исходным 42–47%. Почему так происходит, что нас не удовлетворяет результат, которого мы можем достичь только лишь тренировками и питанием? Почему, прекратив тренировки, мы теряем все то, чего достигли?
Для начала давайте выделим 4 основных фактора, определяющих ускоренный синтез белка в мышечной клетке, который нам позволит наращивать мышцы быстрее, чем они будут распадаться:

1) Повышенная концентрация анаболических гормонов в крови, мышце (главным образом тестостерон и соматропин);
2) Повышенная концентрация свободного креатина в мышечных волокнах;
3) Повышенная концентрация ионов водорода в мышечных волокнах, простым языком – накопление молочной кислоты в мышцах (производит частичное разрушение белковых структур, что влечет за собой увеличение активности ферментов, пор в мембранах клеток, раскручивание спиралей ДНК);
4) Запас аминокислот в клетке.

У атлета, который не употребляет анаболические гормоны, первые три фактора прямым образом стимулируются физической нагрузкой, а последний зависит от рациона питания. Благодаря оптимальному тренировочному режиму, способствующему повышению концентрации анаболических гормонов, свободного креатина и ионов водорода в мышечных клетках, а также адекватному обеспечению их пластическим и энергетическим материалом, мы можем вывести организм из состояния равновесия между синтезом и распадом белков и добиться утолщения мышечных волокон. Следует заметить, что утолщение это происходит за счет увеличения числа миофибрилл, то есть сократительных элементов мышечного волокна и числа окружающих их митохондрий – энергетических станций клеток, а также за счет увеличения объема саркоплазмы, заполняющей пространство между миофибриллами. Рост мышечной массы сверх нормального уровня обусловлен прежде всего приспособительными реакциями организма к силовым тренировкам. Однако существует такой нюанс: вместе с новой мышечной массой мы получим и более высокие темпы распада белка. Представьте себе, что мы до начала занятий имели 40 кг мышечной массы. Допустим, скорость естественного распада белка такова, что мы ежедневно теряем 2,5% от общей мышечной массы, т. е. 100 грамм. В норме те же самые 100 грамм за день синтезируются вновь. Начав тренироваться, мы добились того, что синтез белка ускорился, и за день мы уже стали синтезировать не 100, а 150 грамм, таким образом, мы получили ежедневный прирост в 50 грамм. Спустя какое-то время наша мышечная масса увеличилась на 20 кг (общая стала 60), теперь ежедневный распад белка, равный 2,5%, составляет не 100 грамм, а 150. Почему с ростом массы мы стали терять больше белка? Да потому что срок жизни белковых клеток одинаков, и когда их становится больше по количеству, то за один и тот же самый период их и отмирает больше. Можно привести такое сравнение: в поселке численностью 1000 человек в среднем за год умирают от старости двое, то есть 0,2%, а в соседнем поселке численностью 10 000 человек – такая же смертность 0,2% в год, но это уже 20 человек! Как только мы прекратим тренироваться, мы перестанем стимулировать факторы, ускоряющие синтез белка, и тот снизится до исходного уровня, то есть до 100 грамм в день. Однако скорость распада белка при увеличившейся массе (60 кг) составляет 150 грамм в день, то есть мы начнем терять ежедневно по 50 грамм собственных мышц (скорость распада 150 – скорость синтеза 100 = 50). Увеличившиеся в ходе регулярных нагрузок мышечные волокна будут медленно, но верно уменьшаться до тех пор, пока скорость распада не уравновесится скоростью синтеза, а произойдет это лишь тогда, когда мы вернемся к прежним 40 кг мышечной массы.
В ходе одного наблюдения 12 тяжелоатлетов, которые не тренировались всего две недели, показали уменьшение поперечного сечения волокон типа 2 (быстросокращающиеся волокна) на 6,4%. Интересно то, что уровни анаболических гормонов атлетов увеличились за время отдыха. Гормон роста повысился на 58,3%, а тестостерон – на 19,2%. Уровень катаболического гормона кортизола снизился на 21,5%. Несмотря на высокие естественные уровни анаболических гормонов, отсутствие тренировок привело к атрофии волокон, что еще раз подтверждает вышеуказанный вывод: для того чтобы заметно увеличить размеры мышц, надо тренироваться.

Тестостерон и генетика
Правильные тренировки в совокупности с питанием помогут сделать фигуру более атлетичной, но не всем удается добиться внушительных результатов, сопоставимых с уровнем соревнующихся культуристов. Дело в том, что утолщение мышечного волокна происходит лишь до определенной степени, ограниченной генетическим аппаратом клетки. Колебания в размере мышечной массы возможны, однако лишь на небольшую величину. Вспомним вышеуказанный пример со скоростью синтеза и распада мышечного белка. По мере увеличения массы увеличивается и количество распадающихся белковых клеток, а максимальный их синтез ограничен генетическими возможностями, и рано или поздно снова наступает момент равновесия. То есть чем больше мы становимся, тем сложнее нам прогрессировать. Это произошло как раз в нашем примере. При 60 кг мышечной массы количество теряемого за день белка стало равно тому количеству, которое мы можем синтезировать благодаря силовым тренировкам, 150=150. Теперь становится более понятно, почему новички растут быстрее всего, а продвинутые сражаются за каждый килограмм: с увеличением мышц уменьшается разница между величиной распада и максимально возможным синтезом белка.

И вот здесь вырисовывается разница между «натуралом» и «химиком». Это первый упомянутый нами фактор ускоренного синтеза белка – повышенная концентрация анаболических гормонов, которая у тех и у других существенно различается. Король всех анаболиков – тестостерон. Его уникальной особенностью является влияние на генетический аппарат клетки, он как бы отодвигает вверх пределы мышечного роста. Чем больше тестостерона вырабатывает организм, тем больше можно нарастить мышечной массы, то есть тем большее колебание в размере может совершить наше тело в сторону увеличения. Зависимость здесь до определенной степени прямая. Например, у мезоморфа средний уровень тестостерона значительно выше, чем у эктоморфа. Однако натуральная секреция этого гормона тоже ограничена природой, и несмотря на то, что под воздействием тренировок количество тестостерона повышается, повышение это не так значительно, чтобы можно было выйти за пределы размеров, предусмотренных своей генетикой. Можно из простого парня превратиться в крепыша, но не в мускулистого гиганта. По этой причине амбициозные атлеты вот уже более 50 лет принимают тестостерон дополнительно.

Теперь перейдем к главному вопросу: если набрать мышечную массу с помощью анаболических стероидов, можно ли сохранить ее при последующем отказе от них?
Начав вводить тестостерон в организм в сверхфизиологических концентрациях, мы резко усиливаем синтез белка в мышечных клетках. Предел этому синтезу тоже существует, но он гораздо выше, чем при естественном уровне гормонов. Снова возвращаемся к нашему примеру. Мы набрали 20 килограмм мышечной массы и уперлись в потолок. Темп распада белка стал равен его синтезу (150=150). Стимулируя теперь уже с помощью стероидов синтез до 200 грамм белка в день, мы выходим из точки равновесия и начинаем прибавлять ежедневно по 50 грамм. С ростом массы увеличивается и количество белка, подвергающегося распаду. Разница между темпами синтеза и распада становится все меньше, также меньше становятся и прибавки в массе. Увеличив мышцы еще на 20 кг (всего 80 кг), мы снова достигли равновесия. При 80 кг мышечной массы ежедневные потери белка составляют 200 грамм, столько же мы стимулируем к росту с помощью тренировок и дополнительных гормонов. Снова потолок, и даже повышение дозировки может ни к чему не привести. Синтез белка – это процесс сложный, существует много сдерживающих рост мышц факторов, и если бы все зависело только от количества тестостерона, то культуристам не пришлось бы вводить себе в мышцы синтол, а средний соревновательный вес атлетов достигал бы 180, а не 120 кг. Теперь представьте себе, что мы отказались от приема стероидов. Синтез белка снова возвращается к тому уровню, которого можно достичь тренировками и естественной секрецией тестостерона. Организм уже не в состоянии поддерживать равновесие между распадом и ростом белка, и мы с разной для каждого скоростью скатываемся к «достероидному» весу мышечной ткани (с 80 до 60 кг). И не помогут в этой ситуации ни антиэстрогены, ни антикатаболики, ни восстановленная в кратчайшие сроки эндогенная секреция тестостерона, ни другие гормоны. Удержать то, что ненормально для нашей генетики, можно только ненормальным – сверхфизиологическим уровнем тестостерона, то есть снова таблетками и уколами. Если вы набрали 20 кг мяса, принимая по 300 мг андрогенов в день, на что можно надеяться, вернувшись к 5 мг? Все просто, как дважды два.

Но на практике не все возвращаются к исходному весу после отказа от стероидов. Бывает, что какая-то часть набранного веса и остается. Причины этому всего две.
Первая – осталась увеличившаяся на высококалорийном питании жировая ткань. Многие из тех, кто говорит, что после отказа от стероидов 5 килограмм к нему прилипли навсегда, на самом деле просто стали жирнее. Снижение уровня тестостерона всегда приводит к падению общего метаболизма и росту жировой ткани.
Вторая – спортсмен начал использовать стероиды, еще не достигнув «натурального» потолка, т. е. генетического максимума развития. Отказавшись от приема «химии», он потерял часть мышц, но остановился как раз на этом самом генетическом максимуме.

Выводы:
– Ускорить синтез белка возможно, но в ограниченных пределах;
– Какие средства использовались для стимулирования синтеза белка, т. е. роста мышечной массы, такие же средства должны использоваться для ее сохранения. Отказавшись от тренировок и гормональной поддержки, мы превращаемся в простых людей.

[Ссылка скрыта, для просмотра пройдите регистрацию или войдите на сайт]

[Ссылка скрыта, для просмотра пройдите регистрацию или войдите на сайт]

[Ссылка скрыта, для просмотра пройдите регистрацию или войдите на сайт]

Опубликовано в ЖМ №3-2013