Букаф многа...но статейка познавательная.
Зависимость от бодибилдинга.
[Ссылка скрыта, для просмотра пройдите регистрацию или войдите на сайт]
Данная обзорная статья посвящена наиболее известным нарушениям в психической и поведенческой деятельности, при которых одним из проявлений является возможность использования в специфических целях ресурсов упражнений с отягощением (в рамках фитнеса и бодибилдинга) и анаболо-андрогенных соединений (ААС). Общим именно для этих расстройств является отсутствие причинно-следственных связей собственно со спортом и ААС в появлении и развитии симптоматики, которые не могут самостоятельно вызвать, а в ряде случаев и значительно повлиять на течение исходного заболевания. В результате, когда болезненный процесс принимает очевидный для окружающих характер, большинство обывателей и даже специалисты предпочитают напрямую соотносить индивидуальные нарушения в психике отдельных лиц только лишь с фактом приема ААС. Подобный подход не только не позволяет правильно оценить симптомы, назвать причины и предотвратить прогрессирование расстройств психики, но и мешает в определении адекватной тактики помощи в подобных случаях. Необходимо особо отметить крайне туманный и запутанный вопрос о возможности ААС вызывать психические расстройства и явления психической/физической зависимости. Здесь мнения колеблются в самом широком диапазоне: от признания факта специфической психологической зависимости и практического отрицания возможности формирования «классических» синдромов зависимости [2], до категорического признания ААС наркотиками [20]. Мнение большинства авторов по этому вопросу варьируется в ту или иную сторону [3, 5, 12, 15, 18, 19, 22, 26, 27]. Ради объективности заметим, что, согласно МКБ-10 (Международной классификации болезней), лица, потребляющие стероиды, отнесены психиатрическим разделом к категории F 55.5 (злоупотребление веществами, не вызывающими зависимости), т. е. к поведенческим расстройствам, а не к разделу F 1 (расстройства, связанные с употреблением психоактивных веществ) [14]. Столь запутанная ситуация служит источником множества недоразумений и недопонимания существа вопроса специалистами различных областей знаний. Не отрицая все возможности, полностью абстрагируясь от описанных в литературе последствий приема ААС, акцентируем внимание на четырех патологиях.
Чаще всего в литературе встречаются упоминания об орторексии, дисморфомании - дисморфофобии, тренингомании и мышечной дисморфии. Эти патологии неравнозначны по происхождению, динамике и исходу. И если дисморфомания – дисморфофобия относится к давно уже описанным состояниям и хорошо известна психологам и психиатрам, а тренингомания – относительно новое расстройство, манифестируемое и ассоциированное исключительно с атлетизмом и отнесенное к аддикциям, то проблема мышечной дисморфии и орторексии еще нова для отечественных специалистов. Данные о них рассеяны по самым разнообразным источникам и носят скорее научно-популярный, чем чисто академический характер.
Дисморфомания – дисморфофобия (ДД) - клинический синдром, заключающийся в наличии стойких болезненных переживаний по поводу якобы наличия значимого физического недостатка или в неправильных отправлениях физиологических функций [21]. ДД относится к синдромам чисто «психиатрического» характера. В его структуре можно выделить три составляющих: идеи физического недостатка (которые могут либо вообще не соответствовать истине, либо отражать болезненное отношение к реальному, но несущественному дефекту), идеи отношения (ощущение того, что окружающие замечают недостаток, обсуждают его, смеются, испытывают чувство брезгливости, негативно относятся к пациенту, избегают общения), депрессивно-тоскливый фон настроения. Переживания могут приобретать бредовый характер.
Данное состояние возникает в подростковом и юношеском возрасте и не является специфическим, поскольку встречается как практически изолированно, так и в рамках сложных нозологий (например, шизофрении). Чаще внимание пациента приковывают «уродства» лица, реже - фигуры (что нас интересует прежде всего), для «коррекции» которых больной прилагает большие усилий (чаще это просьбы о хирургическом вмешательстве). Есть данные о связи ДД с расстройствами пищевого поведения (нервной анорексией) [11]. Исход заболевания самый разный и зависит от рамок основного расстройства. Если бодибилдинг и ААС попадают в поле зрения «стратегии» подобного «спортсмена», то схемы применения анаболических стероидов, их дозы и сочетания настолько нереальны и фантастичны, что не поддаются пониманию и осмыслению нормальной логики. Этот факт справедлив и для подбора упражнений, а также объема и интенсивности тренинга. В наборе упражнений, их последовательности, интенсивности и т. п. субъектом учитывается только свое, искаженное представление о «пользе» придуманных им самим методик. Техника может быть настолько вычурна, что приводит к крайне тяжелым травмам. Убедить таких «спортсменов» следовать научно обоснованным и практически проверенным вариантам тренинга бессмысленно.
Тренингомания [8] – разновидность аддиктивного (зависимого) расстройства, заключающегося в формировании поведенческой зависимости от бодибилдинга (культуризма, атлетической гимнастики) и злоупотреблении анаболическими стероидами с элементами специфической зависимости, объединенных общим происхождением, динамикой и исходом в единый процесс [23].
Аддиктивное поведение - вид девиантного (отклоняющегося поведения) [7], которое выражается в стремлении ухода от реальности путем приема веществ или фиксации на определенном виде деятельности, что вызывает развитие интенсивных эмоций [13]. Для аддикций характерен ряд симптомов и специфическая динамика [6], которая вкратце будет приведена в соответствии с тренингоманией. Симптоматика тренингомании в общих чертах укладывается в рамках механизмов «классических» аддикций [28], но с некоторыми особенностями.
1. Эйфория - на фоне предшествующих нарушений в различных психических сферах, в основном эмоциональной, субъективно описываемых как: недовольство своим настроением, чувство нехватки острых ощущений, постоянное субъективное ощущение скуки, частое колебание настроения, субъективное стремление регулировать настроение с помощью сильных внешних воздействий и т. д. и признаков первичного нарушения социоадаптации (недовольство своей личной жизнью, нежелание жить как окружающие, периодическая потребность в ссорах, плохая переносимость одиночества, субъективная и объективная толерантность к требованиям общества по отношению к законам, запретам, табу и т. д.), приобщение к бодибилдингу вызывает всплеск положительных эмоций. Психологический комфорт становится возможным только в рамках аддиктивного интереса. Установление прочной и подкрепленной связи тренинг - повышенный психоэмоциональный тонус лежит в основе прогрессирования аддикции. С течением времени физические нагрузки используются не столько для достижения интенсивных положительных эмоций, сколько для недопущения возобновления отрицательных.
2. Сверхценность. Поскольку с помощью атлетических тренировок аддикт приходит к состоянию адаптации в социуме (точнее, временной псевдоадаптации) путем эксплуатации объекта зависимости (использование как инструмента субъективного контроля над собственным психоэмоциональным тонусом как вариант психологической защиты, как способ ухода от реальности и способ манипулятивного поведения), то аддикт начинает все больше и больше сил, времени и средств в ущерб остальным сферам деятельности посвящать тренировкам и подготовке к ним. Происходит чрезмерная фиксация на объекте зависимости. Мысли о тренинге становятся непропорционально доминирующими в сознании, подчиняют себе смысл существования, определяют приоритеты и принципы существования. Результат существования сверхценных идей – ухудшение качества жизни и социальная дезадаптация.
3. Рост толерантности. В данном случае речь идет о постоянном неадекватном росте объема и интенсивности физических нагрузок вне связи с реальными потребностями и без учета внешних обстоятельств. С прогрессированием аддикции как процесса постепенно полностью утрачиваются имевшие место ранее стили (паттерны) поведения, решение возникших проблем полностью перекладывается на новый (аддиктивный) паттерн, и происходит своеобразное унифицирование ответа на стрессовые ситуации – все более частое прилегание к тренировочным сессиям как единственной «панацее» от всех конфликтов и проблем. Однако поскольку проблемы не разрешаются, а стрессы накапливаются, то и частота использования аддиктивного механизма защиты увеличивается, как и время для достижения временной дезактуализации негативных эмоций. Подобный режим физической активности становится невозможен без внешней стимуляции - в данном случае ААС. Окружающие, видя уже разгар болезненного процесса, необоснованно связывают ААС с началом расстройства, когда объективно расстройство зашло уже относительно далеко.
4. Симптомы отмены. При вынужденном «отлучении» от тренировок (сознательно это невозможно даже на фоне объективных обстоятельств) происходит слом и без того хрупкой и неэффективной системы социоадаптации. Аддикт становится раздражительным, агрессивным, конфликтным, импульсивным, малопредсказуемым, но одновременно беспомощным, растерянным, непродуктивным из-за потери «точки опоры», без которой связь с реальностью затруднительна (эквивалент абстинентного синдрома). Снижается способность выбирать и контролировать собственное поведение. При возвращении к привычному режиму нагрузок симптомы постепенно нивелируются.
Необходимо особо отметить, что в данном случае термин «симптомы отмены» относится к поведенческой составляющей зависимости, а не к химической (ААС), поскольку встречается и вне факта потребления гормональных допингов. Возможность существования «стероидной абстиненции» (в классическом понимании этого термина) и по сей день неоднозначна и дискутабельна, описанные ассоциированные симптомы неспецифичны и в данном случае их трудно однозначно связать с каким-либо определенным источником химической или нехимической природы.
5. Дезадаптация - под ней понимают снижение интереса к трудовой (учебной) деятельности, семье, материальному статусу и межличностным контактам. Утрачиваются альтернативные интересы.
6. Конфликты – отражают проблемы в межличностных отношениях и нарушении адекватного суждения о себе и своем месте в обществе (внутриличностный конфликт).
7. Тяга - входит в состав синдрома психической зависимости, непреодолимо побуждает зависимую личность к аддиктивной деятельности (в данном случае занятием бодибилдингом и, возможно, приемом ААС).
Необходимо учитывать, что только совокупность и определенная динамика симптомов позволяют заподозрить развитие аддиктивного расстройства в форме тренингомании. Отдельные описанные проявления могут встречаться и как временные нарушения, и как результат течения других психических болезней. Кроме того, необходимо выявить ведущие мотивы и конкретные конечные цели занятия бодибилдингом и потребления ААС, поскольку по отношению к целому ряду лиц (например, профессиональным спортсменам и некоторым группам любителей) сам термин «тренингомания» не может быть корректным.
Орторексия (orthorexia) от orthos - «правильный, должный» [16, 24]. Под этим термином понимают разновидность нарушения пищевого поведения, заключающегося в чрезмерной вовлеченности и фиксации на диетической составляющей здорового образа жизни. Синонимы: ортомания, мания качества питания, комплекс правильного питания, психоз здорового питания. На данный момент преобладает мнение о невротическом характере патологии, также высказываются мнения о ее связи с ипохондрией, сверхценными конструкциями и аддиктивными расстройствами. Имеются данные о распространенности (около 7 %), однако в отношении пола и возраста сведения существенно разнятся. Одни исследователи отдают приоритет одиноким успешным женщинам от 35 лет, другие не видят значимых различий в проявлении патологии у мужчин и женщин (на наш взгляд, в данном сегменте ведущую роль составляют женщины, практикующие фитнес – программы различного уровня сложности и интенсивности). Орторексия формируется на базе самых разных психических нарушений (депрессий, ипохондрии, психопатий, аддикций, шизофрении). В характерологическом плане наиболее часто встречаются проявления мнительности, внушаемости, инфантильности, неустойчивого эмоционального фона, демонстративности, зависимости, неадекватной самооценки, различных комплексов. Ядром заболевания является стремление сохранить (восстановить) физическое и душевное здоровье в условиях «неправильного мира» путем разработки и/или следования специфической диете. Выбор вида спорта для «дополнения» своеобразного «оздоровительного» комплекса не столь важен, поскольку это всего лишь второстепенный инструмент. Однако если в поле зрения орторексика попадает атлетизм и уж тем более анаболические стероиды, окружающие напрямую связывают проявления нездорового поведения именно с вредоносными влияниями данной группы препаратов.
Орторексики уверены, что тот образ жизни, который они вели до нового увлечения, может привести к многочисленным заболеваниям, подсознательно считая себе «не совсем здоровым» и испытывая негативные эмоции и суждения касательно своего тела (но не телосложения как такового). Поэтому ни похудение, ни упругие рельефные мышцы или другие «внешние» атрибуты не являются самоцелью и могут служить лишь своеобразным индикатором «правильности» выбранного образа жизни. Выбор продуктов, подсчеты калорий, исследование «биологической ценности», составление меню, «совершенствование» методов приготовления и хранения блюд занимает все свободное время орторексика, постепенно оттесняя все остальные проблемы и заботы, приводя к нарушениям в социофункционировании индивида. В ход идут «особо чистые» продукты, которым придается свойство панацеи от всех болезней, причем можно говорить о списке разрешенных, «абсолютно полезных», потребление прочих неуклонно снижается и прекращается вовсе, поскольку «могут повредить здоровью». Готовка превращается в сложный ритуал, с множеством мелочей и условностей, непонятных для окружающих и даже вычурной, поэтому орторексик может есть только пищу собственного приготовления, чем исключает походы в гости, обеды в ресторанах, пикники. Диета всегда субъективна и зависит полностью от видения личности категорий «здорового образа жизни», внимание обращается не на количество, а на качество рациона, поэтому большая часть свободного времени отводиться на планирование меню на месяцы вперед. С течением времени следование принципам питания выходит за рамки стиль жизни и приобретает болезненно - доминирующие черты (сверхценность), вытесняя остальные интересы и потребности, приводя к выраженному снижению качества жизни и социальным последствиям (нарушение межличностных отношений, ухудшение продуктивности в профессиональной или учебной сферах, проблемы в семье, конфликтности, постепенной изоляции). Диета приобретает свойства регулятора психосоциальной деятельности, становиться инструментом самопоощрения и самонаказания. Позитивная самооценка, хорошее настроение, чувство собственного достоинства, ощущение собственной значимости, уверенность, контроль над любой ситуацией полностью отождествляется со способностью «правильно питаться». Малейшее нарушение режима становиться причиной депрессии, самообвинений, появлению чувства неполноценности и вины, угрызений совести, негативной самооценки, для преодоления которых орторексик еще больше ограничивает себя вплоть до эпизодов голодания. Подобное отношение к собственному рациону порождает своеобразный «перенос» отрицательного эмоционального заряда не только на «плохие» продукты, но и на людей, продолжающих их употреблять. В разговорах главенствует тема диет и питания, выборочно изучается новая информация об используемых продуктах, доказывая их исключительность. После безрезультатных попыток навязать собственное мнение, орторексик без сожаления разрывает любые отношения с «непосвященными», «нецивилизованными», «примитивными» и «недалекими» окружающими, что является началом формирования идей собственного превосходства, посвященности, грандиозности вплоть до мессианства. Ни при каких условиях орторексик не может изменить собственному образу жизни, превращая его в принцип повседневного существования, предавая мистический, сакральный смысл полученным знаниям. Расстройство может распространяться и на другие сферы жизни (стремление к идеальной «чистоте» действий и помыслов, чистка «ауры и кармы», объединение с единомышленниками в подобие сект и т.д.). Таким образом, нарушение пищевого поведения трансформируется в другие поведенческие нарушения, симптоматика которых крайне разнообразна и вариативна.
Мышечная дисморфия (muscle dysmorphia,МД), в некоторых источниках упоминается как «обратная нервная анорексия», иногда как составляющая МД, иногда как присоединяющийся в динамике МД симптом [1,4,9,10,17,25]. Заключается в формировании навязчивого страха потерять мышечную массу и (несколько реже) силовые показатели и рассматривается как сугубо мужская проблема. Достоверных сведений о распространенности нет. Данное состояние предположительно отнесено к обсессивно-фобическому варианту невротических расстройств, таким образом, для манифестации симптоматики необходимы как «личностная почва», так и субъективно значимый стресс. Считается, что в основе дисморфии лежит «комплекс неполноценности» - совокупность черт, выражающийся в представлении о собственной никчемности, малозначимости, ненужности, неспособности к продуктивной работе и полноценному общению, пониженной самооценкой, страхом перед жизненными трудностями в противопоставлении с «полноценными» и «значимыми» окружающими. В жизни это робкие, застенчивые, безъинициативные, крайне ранимые и зависимые люди с конформистскими взглядами, слабые не только духом, но и телом. Они не могут многого добиться в жизни и относятся к категории «хронических неудачников», поскольку наличие «комплекса неполноценности» блокирует самореализацию, самоактуализацию и личностный рост – основные составляющие социоадаптации. Подобная личность весьма болезненно переносит такое положение вещей, стремясь изменить либо окружающий мир (что бесполезно) либо себя (что вполне осуществимо). Однако для этого нужен образчик стремлений, конкретный идеал, обладающий теми качествами, которых не хватает «дисморфику». Необходимо учитывать, что источники всевозможных комплексов уходят корнями в детство и отрочество. Особенности субкультуры в этом возрасте диктуют характеристики авторитета – физическую силу, мышечную мощь, умение постоять за себя и навязать свое превосходство «кулаками». Подросток начинает ставить «знак равенства» между массивным телосложением, агрессивностью, брутальностью с одной стороны, и успехом, авторитетом, интеллектом с другой. Этот стереотип активно навязывается и современным социумом: положительные герои экранных боевиков, персонажи комиксов и даже мультипликационных картин обладают, помимо прочих достоинств, внушительной рельефной мускулатурой и огромной силой, с помощью которых успешно решают практически все проблемы, вызывая восторг, трепет и почитание окружающих. Инструмент достижения поставленной цели - запредельные, изнурительные, сверхинтенсивные тренировки в силовых и/или боевых видах спорта (практически во всех случаях практикуется занятия с «железом», поскольку только атлетизм может дать на практике гармоничное сочетание «массы» и силы). Вышеизложенная модель поведения становиться субъективно единственно правильной и приемлемой. Однозначно определены цели и средства достижения желаемого, мотивация изменить себя и самосовершенствоваться достигает такой силы, что приводит к явлению гиперкомпенсации - субтильный юноша преображается свое тело настолько, что его бывшая слабость становиться достоинством. Безусловно, чувство удовлетворения от достигнутого положительно влияет на личность и временно гармонизирует многие социальные функции, делая человека самодостаточным, уверенным в себе, более коммуникабельным и открытым.
Данное явление становиться проблемой, когда атлетическое телосложение служит как единственный способ достижения социоадаптации. «Дисморфик» пытается с помощью «внешнего вида» перенести свой авторитет на другие социальные группы, делая свое тело инструментом решения повседневных проблем, для нивелирования конфликтов, привлечения внимания и источником доминирования. По мере взросления происходит смена систем ценностей, однако, инфантильность и некоторая социальная незрелость «дисморфиков» «задерживают» личность в рамках подростковой субкультуры. Во «взрослой» жизни «дисморфик» начинает терпеть неудачу за неудачей, поскольку прежний стереотип поведения становиться бесполезным в изменившихся условиях, превращая «дисморфика» рано или поздно вновь в аутсайдера и еще больше обостряя негативные личностные характеристики. В попытке преодолеть новый кризис, молодой человек пытается опереться на единственный, ранее вполне успешно проявивший себя стереотип поведения. Единственной надеждой становиться культивирование сверхценной идеи стать еще больше, еще сильнее и массивнее, дабы разрешить груз накопившихся проблем семейного, бытового, профессионального характера. Этот факт является критической отметкой в дальнейшей прогрессии расстройства. Возникают все новые и новые проблемы и препятствия. Тренинг и его атрибуты становиться доминирующими в жизни непрофессионального атлета, начинает требовать непропорционально больших временных, материальных и «энергетических» затрат, приводя к еще более явной социальной дезадаптации и изоляции. Одновременно появляется отчетливый страх «отката» результатов тренировок и постоянное ощущение «нехватки» мышечной массы и силы. Такой спортсмен искренне убежден, что обладает «хилым», субтильным, «болезненным» телосложением (поскольку окружающие не воспринимают его достижения всерьез и отказывают в признании авторитета), а созерцание достижений профессиональных атлетов еще более укрепляет и «подтверждает» данное суждение. Постепенно нерациональный режим чрезмерных нагрузок и недостаточного восстановления приводит к прогрессированию симптомов перетренированности, ослаблению адаптационных ресурсов организма с неизбежным «распадом» мышечной массы и ухудшением силовых параметров. Для «дисморфика» это катастрофа и полное крушение системы ценностей, для предотвращения неблагоприятного исхода атлет начинает принимать анаболические стимуляторы с неизбежным началом приема стимуляторов, в том числе и анаболических стероидов. Постоянный страх «уменьшиться» и «обессилить» приводит к процессу злоупотребления стероидами и формировании своеобразной зависимости. В итоге формируется самопрогрессирующая конструкция в виде замкнутого круга, составленная из явлений социальной дезадаптации и непродуктивных методов ее преодоления, имеющих разный по тяжести исход для психического и соматического здоровья «дисморфика».
В литературе описан ряд симптомов, который сближает дисморфию и дисморфоманию-дисморфофобию. Так, имеются сведения о наличии у «дисморфиков» отрывочных идей отношения - часть атлетов начинает настолько стеснятся своего тела, что переходят на домашние тренировки, носят мешковатую одежду, пытаются реже выходить из дома, ограничивают контакты, не позволяют себя фотографировать. Причина – стремление скрыть свое тело, поскольку оно не только «бесформенно» и «безобразно», но и вызывает «отторжение», «неприязнь», «насмешки», «осуждение» со стороны окружающих. Однако следует четко различать эти два расстройства.
В основе дисморфомании - дисморфофобии лежат нарушения мышления, что приводит к искажению мировосприятия и адекватной оценки действительности. Эти симптомы формируются по эндогенным (внутренним) механизмам и достигают уровня бредовых переживаний. «Дисморфики» же – по большому счету, жертвы современного общества. В своем низком статусе, неудачах и промахах такие люди винят не себя и собственные отрицательные качества, а некое «несоответствие» общепризнанным «идеалам» в любой сфере человеческой деятельности. Навязанные телевидением и рекламой образы «успешных» людей, обладающих необходимым, одобряемым массами, набором качеств, становятся эталонами. Насильно связывается в сознании определенные стереотипы, часто не имеющие место в реальной действительности. Ставя знак равенства между параметрами 90-60-90 или рельефной мускулатурой и здоровьем, общительностью, деловыми качествами, образованием, множество людей хотят повторить триумф глянцевых персонажей, копируя их внешность. Но сами по себе ни стройная «правильная» фигура ни мышцы «Шварценеггера» не гарантируют известности, богатства и влияния.
К сожалению, современная мода на атлетическое телосложение и здоровый образ жизни несет в себе много отрицательных черт. Бездумное, поверхностное, потребительское отношение к бодибилдингу порождает уродливые формы зависимости и злоупотребления культуризмом и ААС, не имеющих ничего общего ни с этим прекрасным и многогранным спортом, ни с собственно ААС.
ЖМ
[Ссылка скрыта, для просмотра пройдите регистрацию или войдите на сайт]
впервое такое слышу сам
гакк станок-да,хорош. Но вот приседать держа штангу за спиной-это какая-то извращенная,непонятная становая и ваще не знаю даже))
